Сегодня у нас в гостях известный журналист, публицист Хулькар Юсупов (Таджикистан). Он длительный период представлял «Комсомольскую правду» в Таджикистане, тогда еще в Таджикской ССР. Затем работал в газете «Вароруд», фактически создал и возглавлял таджикистанское представительство «АиФ». Сейчас работает в популярном информационном агентстве «Азия+», который, кстати, тоже возглавляет бывший собственный корреспондент «Комсомольской правды» в Таджикистане Умед Бобоханов. Предлагаем вашему вниманию интервью с Хулькаром Юсуповым.

Хулькар Юсупов: Я считаю себя журналистом. Являясь воспитанником школы советской журналистики, страстно защищаю ее достижения, особенно в публицистике и в защите интересов читателей, то есть народа. Наши зарубежные эксперты и тренеры абсолютно не представляли, как это можно было защищать, ибо выросли они в другой среде с другими законами. И когда я спрашивал, как работают у них отделы писем, не находил понимания.

Конечно, советская пресса была настолько идеологизирована, что любое выступление в печати, на радио или телевидении воспринималось как окончательный вердикт на судьбе «нерадивого» руководителя или рядового коммуниста.

А журналистика советского периода ассоциируется у меня с прекрасными очерками о простых людях, путевыми заметками, отчетами из командировок на различные темы. Не забываемы и хлесткие фельетоны, вовсе исчезнувшие сегодня со страниц наших газет. И, несомненно, выступления наших мэтров-политобозревателей на международные темы. Давайте признаемся, что они могли дать 100 очков форы своим зарубежным коллегам, работая даже в той «сусловской» идеологической обстановке.

«Journalist News»: В таджикских СМИ есть конфликт «отцов» и «детей»?

Хулькар Юсупов: Эти конфликты есть везде, не только в СМИ. Ветераны не хотят уступать место, молодежь не хочет сидеть на каблучке, когда мимо проплывают главные для них события. В первую очередь, меня, 60-летнего журналиста, раздражает поведение моих коллег-ровесников, без конца ворчащих на свою смену и на уровень подготовки в вузах. Хотя сами палец о палец не ударят, чтобы как-то изменить ситуацию, чтобы самим поучиться современной журналистике, живут своим старым багажом и не желают часть этого багажа, достаточно востребованного на фоне установленной Минобразованием теории, хотя бы показать молодым.

Конечно, я их понимаю, когда они возмущаются не только отдельными выступлениями в СМИ, руководимых молодыми редакторами, но и направлением, взятым  молодым энергичным коллективом. Им не привычны такая откровенность, такая прямота, которой пользуются «дети», раскрывая сущность стиля работы или жизни, а может, будет точнее – существования их «отцов». И вместе с тем я считаю, что не будь этих «скандальных» журналистов, было бы скучно не только в медиапространстве страны, а и самой общественности. Вот сейчас достаточно юные редакции стали печатать откровения из истории минувшей гражданской войны. Всех это насторожило, ведь тема достаточно щепетильная, задевающая всех ныне живущих и руководящих, и тех, кто ушел из жизни, и тех, кто в тюрьмах. А говорить надо. Правда, необходимо, чтобы источники были достоверными.

«Journalist News»: У нас сейчас все чаще раздаются голоса о том, что мы должны создать свою собственную школу кыргызской журналистики. В Таджикистане нет таких настроений? Вообще, есть такое явление, как таджикская журналистика? В чем ее особенность?

Хулькар Юсупов: У нас не раз заводили речь на эту тему. Но не на высоких уровнях конференций или съездов. Часть моих коллег считает, что есть такое понятие – таджикская журналистика. А дать ей точное определение не могут. Называют отдельные проекты, идеи программ или акций, но в целом нет конкретики. На мой взгляд, к таджикской (кыргызской, узбекской) журналистике можно отнести разве что нашу ментальность: осторожность в подходе к освещению семейных проблем, личностей, проблем секса, проституции, а также традиционное уважительное отношение к старшим (особенно если это объект критического материала), покойникам и его семье (если речь идет о сообщении их правоохранительных органов).

А в остальном – меняются времена, нравы и сам мир. Должен постепенно меняться и менталитет. Если раньше наши женщины на вопрос о количестве детей в семье отвечали «Ну, пять-шесть» (так было принято, чтобы не сглазили), то теперь отвечают точно, зная, что на это обращают внимание доноры. Те же женщины сегодня не стесняются признаваться, что муж, мол, безработный. Или другой, весьма злободневный вариант: «5 лет я сама вытаскивала детей и хозяйство из нищеты, а он тут вернулся из России и командовать будет? Вот и выгнала!»

«Journalist News»: В Кыргызстане принято считать, что русскоязычная журналистика более развита, чем журналистика на кыргызском языке. В Таджикистане такая же ситуация? В каком направлении сейчас развивается таджикская журналистика?

Хулькар Юсупов: Странное мнение (лично для меня) по отношению к кыргызской журналистике. Наоборот, я считал, что в Бишкеке и Оше местные СМИ настолько политизированы, что очень скоро они будут давать 100 очков форы русскоязычным изданиям. Если иметь в виду тиражи (не госизданий), то это скорее связано с устоявшимся брендом русских газет. У нас же обратная картина: резко растут тиражи изданий на таджикском языке. А из русскоязычных газет остались единицы, отвечающие требованиям современной журналистики. И не надо забывать, что те же молодые журналисты, закончившие национальные вузы, тоже посещают семинары и тренинги, тоже изучают русскую и западную печать, с головой уходят в Интернет, скрупулезно анализируя стиль подачи материалов известных обозревателей. Вы говорите «принято считать, что русскоязычная журналистика более развита, чем журналистика на кыргызском языке». Интересно, а те, кто так считает, читают регулярно местные газеты или слушают радио и ТВ на кыргызском языке? Я, будучи работником русскоязычного издания, регулярно просматриваю и газеты и телепередачи. И не перестаю восхищаться последними публикациями, причем регулярными, в таких таджикских газетах, как «Фараж», «Нигох», «СССР». Журналистика и ваша, и наша, думаю, сегодня на верном пути, на пути правды. Вот лишь смущает, что вынуждена она преодолевать и перекрестки коммерциализации.

«Journalist News»: Раньше, перефразируя известное изречение поэта, говорили, что журналист - больше, чем журналист. А сейчас как, по вашему мнению?

Хулькар Юсупов: Мне известна эта фраза. Сам любил повторять в молодости. Теперь задумываюсь: а что еще больше? А на сколько процентов или пунктов больше? Так же может сказать о своей профессии и хороший сапожник. Может ли сегодня депутат сказать, что он слуга народа? Ведь обсмеют. Жаль, что журналист сегодня не может назвать себя заступником народа, ему следует быть нейтральным, если он пишет информацию. Но ведь сама газета может стать тем объектом, по сути, последней инстанцией надежды на справедливость, к которой взывает читатель, рядовой член общества, по-современному налогоплательщик.

Беседовал Алмаз Исманов, Ош-Душанбе